Если спросить, где за океаном больше всего русских, вспомнят США, Канаду или Израиль. Латинскую Америку назовут в последнюю очередь, хотя русская история на этом континенте насчитывает почти полтора века. Здесь есть колонии старообрядцев, православные соборы, улицы в честь русских офицеров и целые городки, основанные выходцами из России.
Почему русских так трудно посчитать
Сначала о главном: точной цифры не существует. Латиноамериканские переписи учитывают место рождения и гражданство, а не этническое происхождение. Поэтому внук переселенца из-под Саратова в статистике Буэнос-Айреса значится просто аргентинцем.
Есть и вторая сложность. Иммиграционные службы начала XX века записывали «русскими» всех подданных Российской империи. В эту категорию попадали евреи из черты оседлости, поволжские немцы, поляки, украинцы, литовцы. Собственно русских среди них было меньшинство. Историки, изучающие эмиграцию, в том числе исследователи Института Латинской Америки РАН и РУДН, всегда разводят эти понятия. Когда в популярных материалах пишут о «сотнях тысяч русских в Аргентине», речь почти всегда идёт о выходцах из России вообще и об их потомках.
Поэтому корректно говорить не о численности, а о том, где сложились крупнейшие и самые устойчивые русские общины. По этому критерию лидеры известны.
Аргентина: первая и главная
В конце XIX века Аргентина нуждалась в людях для освоения пампы и охотно принимала переселенцев. Из Российской империи туда поехали сначала поволжские немцы. Первые семьи прибыли в 1877–1878 годах, после того как в России отменили их льготы и ввели воинскую повинность. Они осели в провинциях Буэнос-Айрес и Энтре-Риос.
Вторым потоком стали евреи. В 1889 году переселенцы, прибывшие на пароходе «Везер», основали Мойсес-Виль в провинции Санта-Фе. Вскоре Еврейское колонизационное общество барона Мориса Гирша, созданное в 1891 году, начало массово покупать землю под сельскохозяйственные колонии. Аргентинских евреев-земледельцев даже прозвали «еврейскими гаучо». Сегодня в Аргентине самая крупная еврейская община Латинской Америки, и значительная её часть восходит к выходцам из Российской империи.
К 1914 году, по данным аргентинской национальной переписи, в стране жили около 94 тысяч уроженцев России. По численности иммигрантов она уступала только Италии, Испании и ещё нескольким странам. Больше ни одна страна континента таких цифр не показывала.
Русская православная жизнь в Аргентине тоже началась рано. В 1901 году в Буэнос-Айресе, у парка Лесама, заложили Свято-Троицкий собор. Его строительство многолетними усилиями организовал священник Константин Изразцов. Собор с синими куполами и сегодня остаётся одной из узнаваемых достопримечательностей района Сан-Тельмо.
После Второй мировой войны в Аргентину прибыла новая волна: перемещённые лица из лагерей в Европе и русские эмигранты из Китая. После 1949 года часть русских харбинцев и шанхайцев попала в лагерь на филиппинском острове Тубабао, а оттуда разъехалась по миру, в том числе в Южную Америку.
Бразилия: старообрядцы и Вила-Алпина
Бразилия занимает второе место и по масштабу общины, и по её разнообразию. Белые эмигранты оседали здесь с 1920-х годов, прежде всего в Сан-Паулу. После войны сюда приехали перемещённые лица и русские из Китая. В Сан-Паулу образовался район Вила-Алпина с православным храмом, который долго был центром русской жизни в городе.
Особую страницу составляют старообрядцы. В конце 1950-х годов часть староверов, живших в Синьцзяне и Маньчжурии, покинула коммунистический Китай. Их приняла Бразилия, и они основали общины в штате Парана. Позже часть переселилась дальше: в Боливию, Уругвай и США. Эти люди сохранили язык, одежду и уклад, которые их предки увезли из России ещё в XIX веке. Лингвисты, изучающие их говор, приезжают к ним, как в живую экспедицию в прошлое.
Боливия и Уругвай: островки старой России.
Число русских в этих странах невелико, но их общины уникальны.
В Боливии, в департаменте Санта-Крус, живут старообрядческие общины, самая известная из которых — Тоборочи. Сюда перебрались потомки тех самых беженцев из Китая. Они заняты сельским хозяйством, говорят по-русски, крестят детей по старому обряду. За последние годы о них писали и российские исследователи, и журналисты. Эта община почти не растворилась в местной среде.
В Уругвае в 1913 году переселенцы из России, последователи религиозного движения «Новый Израиль» во главе с Василием Лубковым, основали посёлок Сан-Хавьер в департаменте Рио-Негро. Сам Лубков в 1920-х годах вернулся в СССР, а колония осталась. Сан-Хавьер до сих пор считается «русским» городком Уругвая, с музеем и памятью о первых поселенцах.
Парагвай: страна, которую защищали русские офицеры
Русская община Парагвая никогда не была многочисленной, но оставила в истории страны заметный след. В 1920-х годах сюда по приглашению генерала Ивана Беляева приехали белые офицеры. Во время Чакской войны с Боливией (1932–1935) они служили в парагвайской армии, некоторые на высоких должностях, несколько человек погибли. В Асунсьоне в их честь названы улицы. Беляев, помимо военной службы, занимался изучением индейцев Чако и остался в памяти парагвайцев как защитник их прав.
Отдельно стоит упомянуть меннонитов. В 1930 году часть из них, бежавших из СССР, основала в Чако колонию Фернхайм. Выходцами из России они были, но немецкоязычными, поэтому в число «русских» их включают лишь условно.
Мексика: молокане из Закавказья
В 1905 году в долине Гуадалупе в Нижней Калифорнии поселились молокане, пришедшие из Закавказья через Лос-Анджелес. Они занимались земледелием, а долина со временем стала винодельческим районом. Община почти ассимилировалась, но в долине работает небольшой музей её истории.
Сегодня Мексика известна скорее новыми переселенцами. После 2022 года русскоязычные общины заметно выросли в Мехико и на курортах Карибского побережья, например в Канкуне и Плайя-дель-Кармен.
