В истории Великой Отечественной войны немного сюжетов, которые были бы столь же мифологизированы, как краснодонская «Молодая гвардия». Роман Фадеева, годы школьной программы, сотни статей — всё это создало образ юных героев, которые почти в одиночку противостояли немецкой оккупации, а потом погибли из-за предательства. Но если отложить в сторону литературную обработку и посмотреть на документы — следственные дела, протоколы допросов, показания выживших, — картина становится одновременно и проще, и страшнее. Речь идёт не о мифе, а о реальных подростках, которые делали то, что могли, и погибли не только из-за предательства, но и из-за собственной неопытности, юношеской беспечности и того, что в их среде оказались люди, о которых сегодняшние учебники предпочитают не вспоминать.
Кто на самом деле стоял во главе
Первый миф, который разбивается о документы, касается руководства организации. В массовом сознании, во многом благодаря роману Фадеева и книге матери Олега Кошевого «Повесть о сыне», именно Кошевой предстаёт главным организатором и вдохновителем «Молодой гвардии». Однако выжившие члены штаба — Василий Левашов, Георгий Арутюнянц, другие молодогвардейцы — утверждали, что Олег выдающейся роли в организации не играл и никогда не был её руководителем. С начала и до конца ими были Виктор Третьякевич, Иван Земнухов, Василий Левашов, а позже — Иван Туркенич, который пришёл в организацию, когда она уже работала .
Это не принижение Кошевого. Он был членом штаба, он участвовал в деятельности, он погиб. Но культ вокруг его имени, созданный в послевоенные годы, исказил реальную иерархию. Более того, как отмечают исследователи, мать Кошевого долгое время после гибели организации почти ничего не знала о её деятельности, а затем её воспоминания становились всё более подробными — и всё более центрированными вокруг сына . В результате реальная история подменялась удобной легендой.
Из протоколов допросов полицаев, которые вели следствие по делу «Молодой гвардии», вырисовывается иная структура. Начальником штаба именовал себя Третьякевич. Кошевой был его заместителем, Земнухов отвечал за вовлечение новых членов. Туркенич, военнослужащий Красной Армии, выполнял руководящую роль в военных вопросах . Эта структура была далека от стройной схемы, придуманной литераторами.
Как погибли: версия о предательстве и её слабые места
Официальная версия гибели «Молодой гвардии» гласит: организация была раскрыта в результате предательства, арестованных пытали и сбросили в шурф шахты. В основе этой версии — реальные события января 1943 года. Но вопрос о том, кто именно предал и как полиция вышла на след, остаётся одним из самых спорных.
В следственном деле есть показания полицая Черенкова, который описывает арест Третьякевича: когда его подвели к шурфу, он схватил одной рукой Соликовского, другой — Захарова и пытался утащить обоих за собой в шурф. Соликовский ударил его по голове, руки ослабели, и Третьякевич живым полетел в шурф . Это деталь, которая говорит о нём больше, чем любые литературные описания: он сопротивлялся до последней секунды.
Но были и другие обстоятельства. В организации оказались люди, чьи действия сложно назвать иначе как провокационными или предательскими. Громов, например, передал помощнику начальника полиции Захарову список лиц, участвовавших во взрыве шахты № 1-бис. Позже он был передан на связь Кулешову уже как агент немецкой разведки . Кулешов, начальник юридического отдела городской управы, вёл следствие по делу «Молодой гвардии» и был приговорён к расстрелу в 1943 году . Эти люди не были мифическими злодеями — они были частью той же среды, того же города, и их предательство было не абстрактным, а конкретным.
Цена неопытности
Однако сводить всё к предательству было бы упрощением. Документы показывают, что «Молодая гвардия» действовала в условиях, которые сегодня назвали бы «отсутствием оперативной безопасности». Подпольщики были подростками. Они вели себя как подростки: обсуждали дела, хвастались, привлекали новых членов без должной проверки. В городе, где все друг друга знали, это было почти неизбежно.
Показательна история с арестом Чернявского, которого немцы задержали в декабре 1942 года. На допросах переводчик спрашивал его, знает ли он Третьякевича, бывал ли тот у Вифлянцева на квартире и какие давал задания. Чернявский ничего не знал, но сам факт таких вопросов говорит о том, что полиция уже располагала какой-то информацией — или, по крайней мере, искала её в правильном направлении . Это было за месяц до массовых арестов.
Организация, которая насчитывала десятки, а по некоторым данным — около сотни участников, не могла сохранять секретность в маленьком шахтёрском городе. Каждый новый член был потенциальной утечкой. Каждый разговор на улице, каждая записка, каждый слух — всё это складывалось в картину, которую оккупационные власти рано или поздно должны были увидеть.
Что осталось от героев
После освобождения Краснодона в феврале 1943 года началось расследование. Военный трибунал в сентябре 1943-го приговорил Кулешова, Громова и Почепцова к расстрелу. Чернышов, который также проходил по делу, был оправдан: суд не нашёл подтверждения того, что он выполнял задания немцев, а с приходом Красной Армии он участвовал в арестах оставшихся предателей . Это деталь, которую редко вспоминают: среди тех, кого считали предателями, были и те, кто на самом деле пытался бороться.
Но главное, что осталось от «Молодой гвардии», — это не список предателей и не схема иерархии. Это шурф шахты № 5, куда сбрасывали тела. Это имена, которые выбиты на памятнике. Это понимание того, что подростки, у которых не было ни опыта, ни подготовки, ни связи с регулярной армией, попытались сделать то, что казалось правильным. Они расклеивали листовки, сжигали документы оккупантов, освобождали пленных. Они делали это плохо с точки зрения профессионального подполья. Но они делали это.
Их гибель была не результатом одного предательства, а результатом того, что война — это не роман. В романе Фадеева есть ясность: есть герои, есть предатели, есть подвиг. В документах есть хаос, страх, случайность и подростки, которые слишком поздно поняли, во что ввязались. Память о них не нуждается в приукрашивании. Она нуждается в честности — хотя бы потому, что они её заслужили.

