Казалось бы, что общего между экономическими кризисами и длиной женской юбки? Первое — это сухие цифры ВВП и биржевые индексы. Второе — нечто из мира моды, капризное и переменчивое. Однако ещё в 1920-х годах американский экономист Джордж Тейлор заметил странную закономерность: когда страна богатеет, юбки становятся короче, а когда наступают тяжёлые времена — подол ползёт вниз. «Индекс длины подола» или «эффект губной помады» (есть и такой) до сих пор будоражит умы аналитиков. Но работает ли это правило в реальности?
Эпоха «ревущих двадцатых»: от колен до бедер
Самая яркая иллюстрация теории Тейлора — «ревущие двадцатые» в США. После Первой мировой экономика росла как на дрожжах. И одновременно с биржевым бумом женщины стали отрезать подолы. В 1925 году модная длина — чуть ниже колена, а к 1929-му юбки поднялись почти до середины бедра. Это было шокирующе, вызывающе и невероятно дорого — ведь обнажённые ноги требовали красивых чулок, туфель и ухода.
Затем грянула Великая депрессия. И что случилось с модой? В 1930-е годы подолы стремительно удлинились — сначала до середины икры, а затем и до щиколотки. Женщины стали выглядеть скромнее, экономичнее. Длинная юбка не требовала дорогих аксессуаров, её можно было носить годами. Так индекс Тейлора сработал впервые.
Кризисы режут подолы
Вторая мировая война — опять длинные юбки, жёсткая экономия тканей и ресурсов. Но как только наступило послевоенное процветание 1950-х, подолы снова поползли вверх. Кульминация — 1960-е, мини-юбка Мэри Куант. Экономика Западной Европы и США переживала бурный рост, молодёжь имела деньги, и юбки стали длиной в ладонь от пояса.
А потом случился нефтяной кризис 1973 года. Экономика рухнула, и мода отреагировала мгновенно — в моду вошли макси и миди. «Платформы» и длинные, почти до земли юбки из денима и хлопка. Женщины стали одеваться практичнее — длинная одежда грела, не мялась и дольше носилась.
Что показал СССР
В Советском Союзе связь была не столь прямой, но тоже заметной. В сталинское время — длинные, строгие подолы, экономия. В хрущёвскую «оттепель» (конец 1950-х — начало 1960-х), когда страна почувствовала некоторое ослабление железного занавеса, женщины начали носить юбки чуть выше колена. А в брежневский «застой» 1970-х с его дефицитом и падением темпов роста — снова вернулись длины миди и макси. Свободные, мешковатые, немаркие. В перестройку — уже в конце 1980-х, когда экономика трещала по швам, — на улицах можно было увидеть всё что угодно, от мини до макси, но это было скорее исключение из правил: хаос в экономике породил хаос в моде.
Работает ли индекс сегодня?
Современные экономисты относятся к «индексу подола» с долей скепсиса. Слишком много факторов влияет на моду сегодня — от глобализации до социальных сетей. Однако исследования показывают: во время кризиса 2008 года продажи юбок-мини упали на 20-30%, а длинных — выросли. Во время пандемии 2020-го, когда экономика многих стран ушла в минус, в моду снова вернулись длинные, свободные силуэты. И наоборот, в периоды экономического подъёма 2010-х вновь появились короткие юбки.
Мода как зеркало эпохи
«Индекс длины подола» — это не строгий экономический индикатор, а скорее красивая метафора. Она говорит нам: человеческое поведение, даже такое, казалось бы, frivolous как выбор юбки, отражает глубинные процессы в обществе. Когда люди чувствуют себя уверенно и богато, они позволяют себе больше — и в одежде, и в жизни. Когда наступают тяжёлые времена — они сжимаются, прячутся, становятся практичнее.
Поэтому в следующий раз, когда увидите на улице толпу девушек в мини, знайте: экономика, вероятно, на подъёме. А если вокруг сплошные длинные юбки — возможно, пора проверять кошелёк. Или, наоборот, покупать акции — скоро начнётся рост. Шутка, конечно. Но доля правды в этом индексе есть, и она заставляет задуматься.
