С казаками у русской истории отношения сложные. С одной стороны, это верные защитники рубежей, покорители Сибири, гроза врагов Отечества, опора престола в самые трудные времена. С другой — именно казачество не раз становилось той силой, которая сотрясала государство до основания, поднимала против власти целые регионы и ставила страну на грань катастрофы.
Это противоречие заложено в самой природе казачества. Изначально казаки были людьми вольными, бежавшими на окраины от крепостной неволи, от гнёта, от закона. Свобода была для них высшей ценностью. И когда государство пыталось эту свободу ограничить, подчинить казаков общему порядку, ответом нередко становился бунт — страшный, кровавый, беспощадный.
Смутное время: казаки как разрушительная сила
Если говорить о реальном ущербе государственности, то на первое место многие историки поставят роль казачества в Смутное время начала XVII века. Это был момент, когда Русское государство буквально перестало существовать как единое целое, и казаки сыграли в этом распаде далеко не последнюю роль.
В эпоху самозванцев казачьи отряды становились ударной силой авантюристов, претендовавших на престол. Они поддерживали Лжедмитрия I, затем Лжедмитрия II, грабили города и сёла, участвовали в осадах и разорениях. Вольное казачество, не признававшее никакой законной власти, превратилось в фактор хаоса. Казачьи таборы под Москвой жили по своим законам, диктовали условия, вмешивались в политику.
Особенно показательна фигура атамана Ивана Заруцкого, который метался между разными лагерями, поддерживал Марину Мнишек с её малолетним сыном «воренком» и фактически претендовал на роль самостоятельной политической силы. Его деятельность была откровенно разрушительной для возрождавшейся русской государственности.
Справедливости ради надо сказать: часть казачества в итоге встала на сторону национального ополчения и участвовала в освобождении Москвы. Казаки были и среди тех, кто решал судьбу страны на Земском соборе 1613 года. Так что и здесь казачество показало своё двуличие — оно и разрушало, и спасало.
Восстание Степана Разина
Следующая великая казачья смута связана с именем донского атамана Степана Разина. Его восстание в 1670–1671 годах стало одним из самых масштабных народных движений в русской истории и нанесло государству тяжёлый удар.
Начавшись как разбойный поход казачьей вольницы за добычей, движение Разина быстро переросло в настоящую войну против существующего порядка. К казакам присоединились крестьяне, посадские люди, представители угнетённых народов Поволжья. Восстание охватило огромную территорию — всё нижнее и среднее Поволжье. Были взяты крупные города, в том числе Астрахань, Царицын, Саратов, Самара. Власть на захваченных землях рушилась, царских воевод и приказных людей казнили.
Разинщина показала, насколько хрупким было здание государства и насколько глубоким — народное недовольство. Подавление восстания потребовало от власти огромного напряжения сил, а сам Разин был выдан зажиточными казаками, доставлен в Москву и казнён. Это, кстати, важная деталь: само донское казачество в лице своей верхушки в итоге отмежевалось от мятежного атамана, опасаясь царского гнева.
Булавинское восстание: бунт против наступления государства.
В начале XVIII века, при Петре I, разразилось ещё одно крупное казачье восстание — под предводительством атамана Кондратия Булавина. Его причины коренились в самой сути конфликта между вольным казачеством и крепнущим государством.
Пётр I проводил жёсткую централизаторскую политику. Государство всё активнее лезло на Дон, требовало выдачи беглых крестьян, которые традиционно находили на казачьих землях убежище. Действовал старинный принцип: «С Дону выдачи нет». И когда на Дон явилась карательная экспедиция для сыска беглых, казаки во главе с Булавиным ответили восстанием.
Бунт 1707–1708 годов охватил Дон и прилегающие земли, перекинулся на Поволжье. Это происходило в разгар тяжелейшей Северной войны со Швецией, когда любое внутреннее потрясение было для государства смертельно опасным. Восстание оттягивало силы, дестабилизировало тыл. Подавлено оно было крайне жестоко — с казнями, разорением казачьих городков. После Булавинского восстания государство ещё туже затянуло узду на казачьей вольнице.
Пугачёвщина: крупнейший удар по империи
И, наконец, мы подходим к восстанию, которое многие историки считают самым опасным и разрушительным в истории русской государственности XVIII века, — к Крестьянской войне под предводительством Емельяна Пугачёва 1773–1775 годов.
Донской казак Емельян Пугачёв объявил себя чудом спасшимся императором Петром III и поднял яицкое казачество, недовольное ограничением своих вольностей. Но, как и в случае с Разиным, движение быстро вышло за казачьи рамки. К Пугачёву стекались крепостные крестьяне, работники уральских заводов, башкиры, татары, калмыки и многие другие.
Масштаб восстания был колоссальным. Полыхал весь юго-восток страны — Поволжье, Урал, Оренбургский край. Пугачёв со своим войском брал крепости, осаждал Оренбург, захватывал города, чинил расправы над дворянами и чиновниками. Восстание потрясло Российскую империю в самый, казалось бы, расцвет екатерининского царствования. Для его подавления пришлось бросить регулярные войска, в том числе снятые с других направлений.
Пугачёвщина так напугала власть, что последствия её были долгими и серьёзными. Реки Яик было приказано переименовать в Урал — чтобы стереть саму память о мятеже. Яицкое казачье войско переименовали в Уральское. Государство сделало всё, чтобы вытравить воспоминания о страшном бунте. Сам Пугачёв был выдан собственными соратниками, доставлен в Москву и казнён.
