Россия всегда была самой большой страной в мире. Возможно, именно могущество Евразийского колосса побуждало более мелкие и слабые государства просить его покровительства. Речь не только о соседях, но и о территориях, лежащих за океаном. Известно не менее десяти крупных территорий, которые в разные времена хотели присоединиться к нашей стране — неважно, называется она Российской империей или СССР. Почти все они искали у нас дружбы и покровительства. Однако далеко не все получили согласие. Иногда Петербург предпочитал осторожность авантюрам.
Гавайи: потерянный рай в Тихом океане
Открытые в 1778 году Джеймсом Куком Гавайские (Сандвичевы) острова, поражавшие буйством природы, стали притягательным местом для многих мореплавателей. Англия вскоре сосредоточила своё внимание на Австралии, дав возможность исследовать архипелаг другим державам.
В 1804 году сюда прибыли два российских судна – «Надежда» и «Нева», возглавляемые Крузенштерном и Лисянским. Русские моряки, быстро установившие доверительные отношения с туземцами, оценили природный и хозяйственный потенциал Гавайев. В перспективе острова могли бы стать идеальной продовольственной базой для Русской Америки и тихоокеанского флота. Глава Российско-американской компании (РАК) Александр Баранов был приятно удивлён обилием здесь рыбы, домашнего скота и разнообразных плодов.
На острове Отувай «Неву» посетил король местного племени Каумуалии. В ходе общения с экипажем корабля он выразил заинтересованность в развитии торговли с гостями, а также пожелал получить защиту от своего соперника Камеамеа. Впоследствии Каумуалии вёл разговор уже о покровительстве со стороны России: как записал приказчик РАК Н. И. Коробицын, «согласился поступить своим островом в подданство России».
В 1808 году при поддержке РАК был разработан амбициозный проект создания на Гавайях сельскохозяйственной колонии. Однако в Петербурге его назвали авантюрой. Правительство не желало обострять отношения с Англией, также имевшей виды на архипелаг. Последнюю точку в этой истории поставил натуралист Егор Шеффер, который в 1816 году вновь попытался поднять русский флаг над Гавайями, но получил строгий запрет от самого Баранова. Так русский Гавайский проект был похоронен.
Новая Гвинея: несбывшаяся мечта Миклухо-Маклая
Уже во время своей первой экспедиции в Новую Гвинею в 1875 году российский этнограф и путешественник Николай Миклухо-Маклай откликнулся на просьбу местных жителей и обратился к российскому правительству с просьбой о поддержке, чтобы обезопасить местное население от британской аннексии. Он стал первым представителем европейской цивилизации, установившим прочные связи с папуасами.
Позднее свои претензии на восточную часть острова предъявила Германия. «Ваше императорское величество! – писал путешественник Александру III. – Туземцы отвергают германскую аннексию. Всепокорнейше прошу о даровании туземцам Берега Маклая российского покровительства».
Однако прошение Миклухо-Маклая легло на стол императора, уже отредактированное канцлером Горчаковым, который не желал вмешательства России в дела третьих держав в столь отдалённых территориях. Александр III прислушался к многоопытному политику и отказал путешественнику, мотивировав своё решение удалённостью региона и отсутствием к нему государственного интереса. Историк Алексей Плотников уверен, что Россия имела все юридические основания сделать Берег Маклая частью своих заокеанских владений, учитывая, что российские подданные уже начали обживать эти территории. Но вместо этого Русская Папуасия вынуждена была повторить печальную судьбу Русской Америки.
Болгария: шестнадцатая республика, которой не суждено было стать
В 1963 году на пленуме ЦК Болгарской коммунистической партии лидер социалистической Болгарии Тодор Живков заявил: «Мы сольёмся с СССР не до поры до времени, а навеки, и это станет примером для всех стран». В адрес ЦК КПСС было направлено письмо с просьбой принять Болгарию в состав СССР на правах шестнадцатой союзной республики.
В феврале 1964 года Живков явился в Москву и во время встречи с советскими лидерами коснулся этого вопроса. Но получил не просто от ворот поворот, а ещё и пару насмешек. Он заявил, что объединение с СССР может породить в Болгарии надежды на улучшение жизненных стандартов. Но если они не улучшатся, то возникнет разочарование и даже всплеск антисоветских настроений. А пока объединения не произошло, попросил дать Болгарии кредит в 400 млн рублей. В результате, когда Хрущёв, обращаясь к Живкову, машинально назвал его «дорогой Тодор», ехидный Анастас Микоян поправил Никиту Сергеевича: «Не просто дорогой, а очень дорогой! Можно сказать — золотой!».
Черногория: вековое стремление к покровительству
Черногория, как и многие другие балканские народы, веками искала защиты у России от османского гнёта. В 1711 году установление русско-черногорских отношений создало условия для массового переселения черногорцев и других югославян на территорию России. Однако просьбы о присоединении оставались без удовлетворения.
20 мая 1817 года черногорский губернатор В. Радонич обратился к Александру I с прошением о принятии Черногории в подданство России. Но и это обращение не привело к желаемому результату. Россия предпочитала сохранять Черногорию как союзника, а не как провинцию, опасаясь осложнений в отношениях с другими европейскими державами.
Абхазия: долгий путь к российскому подданству
Абхазские князья с конца XVIII века искали спасения от гнёта Османской империи в лице России. В 1803 году в русское подданство попросился князь Келешбей Шервашидзе (Чачба в абхазской традиции). Однако он был убит в результате протурецкого заговора.
В 1806 году владетельный князь вновь обратился с просьбой о принятии Абхазии в подданство России, но император Александр I медлил с решением этого вопроса. Лишь в 1810 году, после долгих колебаний и череды обращений, Александр I издал манифест о присоединении Абхазского княжества к Российской империи. Так Абхазия, наконец, стала частью России, но путь этот занял почти десять лет.
XXI век: новые просьбы и старые отказы
В новейшей истории желание войти в состав России также не редкость. После распада СССР делегации из Донецка, Луганска и Крыма накануне подписания Беловежских соглашений просили оставить их в составе России. Однако в Кремле не прислушались к просьбам этих регионов, так как решали экономические проблемы внутри России.
Южная Осетия, Абхазия и Приднестровье — частично признанные государства, которые не раз заявляли о желании войти в состав РФ. Однако Москва не торопится с их принятием. Причина проста: наличие Южной Осетии в качестве независимого государства создаёт рычаг давления на Грузию. Кроме того, Грузия остаётся важным транспортным коридором для российской торговли с Арменией и Турцией. Таким образом, Кремлю удобнее держать статус-кво. Абхазия, несмотря на отсутствие серьёзных запасов нефти или газа, выгодно расположена, имея 210 километров черноморского побережья, но и её принятие в состав России пока не рассматривается.
Что стоит за отказами?
Анализируя эти истории, можно выделить несколько причин, по которым Россия отказывала желающим присоединиться.
Во-первых, геополитическая осторожность. Как в случае с Гавайями и Новой Гвинеей, Петебург не желал обострять отношения с другими великими державами — Англией и Германией.
Во-вторых, отсутствие государственного интереса. Удалённость региона и отсутствие стратегических выгод часто становились решающим аргументом против присоединения.
В-третьих, экономическая нецелесообразность. Как показал пример с Болгарией, советское руководство опасалось, что присоединение бедной страны ляжет тяжёлым бременем на бюджет СССР.
В-четвёртых, политическая выгода статус-кво. Как в случае с Южной Осетией и Абхазией, наличие «замороженных» конфликтов даёт России рычаги влияния на соседние государства.
Вместо послесловия
История знает немало примеров, когда страны и территории добровольно просились под крыло России. Но далеко не все получали согласие. Иногда отказы были продиктованы здравым смыслом, иногда — излишней осторожностью, а иногда — простой недальновидностью. Русская Папуасия так и не стала частью империи, Гавайи не стали российской продовольственной базой, а Болгария не стала шестнадцатой республикой СССР.
Возможно, если бы история сложилась иначе, карта мира выглядела бы сегодня совсем по-другому. Но история, как известно, не терпит сослагательного наклонения. Остаётся лишь гадать, что было бы, если бы российские императоры и советские генсеки хотя бы раз сказали «да» тем, кто так настойчиво просился в наш дом.
