Кем был «русский Тарзан»: история казака, который прожил 30 лет в джунглях Австралии
В августе 2018 года австралийские газеты вышли с некрологами, которые звучали как аннотация к приключенческому роману: «Умер Тарзан из Дейнтри». Человек, о котором писали ABC News и Sydney Morning Herald, десятилетиями жил в тропических лесах Квинсленда без денег, документов и крыши над головой, голыми руками ловил диких кабанов и переплывал кишащие крокодилами реки. Звали его Михаил Фоменко. И прежде чем стать легендой австралийского буша, он успел побыть потомком казачьего рода, сыном грузинской княжны, учеником элитной сиднейской школы и одним из самых перспективных легкоатлетов Австралии.
Сын княжны и казака
Михаил Фоменко родился в 1930 году в Тбилиси. Семья по меркам СССР была катастрофически «неправильного» происхождения: отец, Даниил Фоменко, происходил из казачьего рода и был преподавателем, блестящим знатоком античности и в прошлом спортсменом; мать, Елизавета Мачабели, принадлежала к древнему грузинскому княжескому роду. Для 1930-х годов такая родословная была не поводом для гордости, а смертным приговором с отсрочкой.
Семье удалось то, что удавалось немногим, — вырваться. В конце 1930-х Фоменко через Дальний Восток и Японию добрались до Австралии и осели в Сиднее. Отец, человек с классическим образованием, устроился преподавать, и детство Михаила прошло в атмосфере, где за обеденным столом говорили о Гомере и олимпийских идеалах древних греков. Эта деталь — не лирика, а ключ ко всей дальнейшей истории: биографы и австралийские журналисты, писавшие о Фоменко, единодушны в том, что образ античного героя, самодостаточного и живущего в единстве с природой, отец буквально вложил сыну в голову.
Несостоявшийся олимпиец
В Сиднее Михаила отдали в Shore School — одну из самых престижных частных школ Австралии. И там русский эмигрантский мальчик неожиданно стал звездой. Природа наградила его феноменальными физическими данными: Фоменко блистал в легкой атлетике, выигрывал школьные и юношеские соревнования в десятиборье и считался реальным кандидатом в олимпийскую сборную Австралии — впереди были домашние Игры 1956 года в Мельбурне.
Олимпийская история не сложилась. Австралийские источники упоминают травму, перечеркнувшую спортивные перспективы, но дело, судя по всему, было не только в ней. Фоменко все откровеннее тяготился жизнью, которую ему предлагала цивилизация: офис, карьера, ипотека, газон перед домом. Позже он объяснял свой выбор именно так — современный мир с его комфортом показался ему предательством того идеала «естественного человека», о котором рассказывал отец. В середине 1950-х молодой человек, которому прочили славу и обеспеченное будущее, собрал минимум вещей и уехал на север — туда, где заканчивались дороги.
Одиссея с веслом
Север Квинсленда — это не метафорические, а самые настоящие джунгли: влажный тропический лес Дейнтри, старейший на планете, мангровые болота, реки с гребнистыми крокодилами — крупнейшими рептилиями Земли. Именно эту местность Фоменко выбрал своим домом.
То, что он вытворял в конце 1950-х, до сих пор звучит неправдоподобно, но подтверждено газетными архивами той эпохи. Фоменко в одиночку, без карт и снаряжения, пересекал полуостров Кейп-Йорк. Он вырубал из цельного ствола долбленые каноэ по образцу лодок аборигенов и папуасов. А в 1959 году совершил свой самый знаменитый подвиг: на самодельной лодке с балансиром прошел сотни километров вдоль побережья и через Торресов пролив — по маршруту в сторону Новой Гвинеи. Пресса окрестила его «современным Одиссеем», и сравнение попало в точку: сам Фоменко говорил, что вдохновляется именно греческим героем.
Питался он тем, что добывал: рыбой, плодами, дикими кабанами, которых, по многочисленным свидетельствам, брал голыми руками и ножом. Ходил босиком и в набедренной повязке. Австралийские газеты дали ему прозвище, которое приклеилось навсегда, — Тарзан.
Электрошок за нежелание жить «как все».
А дальше в этой истории появляется глава, которую Австралия сегодня вспоминает со стыдом. В начале 1960-х Фоменко был задержан властями — формально за бродяжничество: человек без денег, документов и «видимых средств к существованию» нарушал закон самим фактом своего образа жизни. Итог оказался страшнее штрафа: Михаила признали психически ненормальным и поместили в лечебницу в Ипсвиче, где, как сообщали впоследствии австралийские СМИ, включая ABC, он подвергался электросудорожной терапии.
Логика системы была проста: человек добровольно отказывается от благ цивилизации — значит, он болен. Никакого другого диагноза, кроме нежелания жить как все, у Фоменко, по сути, не было. Мать, княжна Мачабели, добивалась освобождения сына. Выйдя на свободу, Михаил сделал единственное, что было для него естественным, — вернулся в джунгли. Теперь уже навсегда.
Тридцать лет в лесу Дейнтри
С 1960-х и до начала 2000-х Фоменко жил в тропических лесах между Куктауном и рекой Дейнтри — в общей сложности отшельничество растянулось на добрых три десятилетия, а с перерывами — и дольше. У него не было постоянного жилья: пещеры, навесы из пальмовых листьев, ночевки под открытым небом. Он передвигался пешком на огромные расстояния, и водители на трассе Кука привыкли к фигуре босого седеющего человека с мешком за плечами, который вежливо отказывался от предложений подвезти.
Показательно, как менялось отношение к нему. Если в 1960-е государство лечило Фоменко электрошоком, то к 1980–1990-м он стал живой достопримечательностью и всеобщим любимцем севера Квинсленда. Местные жители оставляли ему еду в условленных местах, фермеры считали за честь, если «Тарзан» переночует на их земле. Он не просил ничего и никогда — брал только то, что давали добровольно, и расплачивался единственной валютой, которая у него была: историями и обаянием человека, прожившего жизнь так, как хотел.
При этом Фоменко не был «маугли» и не терял связи с реальностью: он читал, помнил классическую литературу, следил за спортом и, по воспоминаниям общавшихся с ним журналистов, рассуждал вполне ясно. Его выбор был не безумием, а философией — последовательной, выстраданной и оплаченной по самому высокому тарифу.
Последний причал
Время оказалось единственным противником, которого не одолел даже он. В 2000-х здоровье начало сдавать, и стареющий отшельник все чаще появлялся в поселках. Последние годы Михаил Фоменко провел в доме престарелых в Джимпи, Квинсленд. В 2016 году его фотография — глубокий старик с ясными глазами — разошлась по австралийским соцсетям, и страна с изумлением узнала, что легендарный Тарзан из Дейнтри еще жив.
Он умер 12 августа 2018 года, в возрасте 88 лет. Некрологи опубликовали крупнейшие издания Австралии, а жители Куктауна и окрестностей прощались с ним как с национальным героем. Согласитесь, редкая траектория: из тбилисского роддома — через элитную школу Сиднея и олимпийские надежды — в вечность австралийского фольклора.
