Хабаровский процесс: сколько японских генералов осудили в СССР за опыты на живых людях
В декабре 1949 года в Хабаровске состоялся судебный процесс, который современники называли «дальневосточным Нюрнбергом». На скамье подсудимых оказались двенадцать японских военных — от генералов до санитаров-лаборантов. Все они были причастны к созданию и применению бактериологического оружия, а некоторые — к экспериментам над живыми людьми. Пятеро из двенадцати носили генеральские звания.
Кто оказался на скамье подсудимых
Советский Союз готовил этот процесс долго и основательно. Еще в 1948–1949 годах следственные органы МВД располагали делами примерно на двести японских военнослужащих, причастных к деятельности бактериологических отрядов . Однако на скамью подсудимых попали лишь двенадцать человек — те, чья вина была наиболее очевидна и чьи показания ложились в основу обвинения.
Среди подсудимых были пятеро генералов. Главным из них считался генерал Ямада Отодзо — последний командующий Квантунской армией, возглавлявший ее с 1944 года до капитуляции Японии. Именно он, по версии обвинения, осуществлял общее руководство отрядами № 731 и № 100, поощрял их деятельность и нес ответственность за подготовку бактериологической войны против СССР .
Генерал-лейтенант медицинской службы Кадзицука Рюдзи занимал должность начальника санитарного управления Квантунской армии. Его обвиняли в том, что он обеспечивал отряд № 731 всем необходимым — оборудованием, материалами, персоналом .
Генерал-лейтенант Такахаси Такаацу руководил отрядом № 100, занимавшимся разработкой бактериологического оружия для уничтожения людей и сельскохозяйственных животных .
Генерал-майор медицинской службы Кавасима Киёси возглавлял производственный отдел отряда № 731, где занимались выращиванием блох — переносчиков чумы .
Генерал-майор медицинской службы Сато Сюндзи руководил автономными подразделениями «Эй» и «Нами», которые вели бактериологическую войну в Кантоне и Нанкине .
Остальные семеро подсудимых были офицерами и младшими специалистами. Среди них — подполковник Ниси Тосихидэ, возглавлявший филиал № 643 в Суньу, майор Карасава Томио, участвовавший в экспедициях по распространению эпидемий среди мирного населения Китая, и даже ефрейтор Кикути Норимицу, занимавшийся размножением бактерий брюшного тифа и дизентерии .
Что именно вменялось в вину
Обвинительное заключение было подготовлено 16 декабря 1949 года. Суть обвинения сводилась к трем пунктам: создание и подготовка к применению бактериологического оружия, проведение экспериментов над живыми людьми и подготовка войны против Советского Союза с использованием этого оружия .
Показания подсудимых шокировали даже видавших виды следователей. Кавасима Киёси на суде признался, что в отряде № 731 состояло более трех тысяч человек, а филиалы действовали по всему Северо-Востоку Китая. Подразделения занимались исследованиями, включая тестирование новых методов военной медицины и разработку биооружия. Для этих целей использовали захваченных мирных жителей — китайцев, русских, представителей других национальностей. После экспериментов в живых не оставалось никого .
Еще более страшные детали раскрыл генерал-майор Кавасима. По его словам, подчиненные называли подопытных «бревнами» — чтобы не испытывать к ним никаких человеческих чувств. Людей заражали смертельными болезнями, резали живьем, вскрывали без наркоза, чтобы посмотреть, как инфекция распространяется по внутренним органам .
В ходе судебного следствия было установлено, что только в стенах отряда № 731 за период с 1940 по 1945 год погибли не менее трех тысяч человек. С учетом других подразделений и более ранних периодов счет жертв шел на десятки тысяч .
Позиция обвинения и приговор
Государственное обвинение поддерживал Л. Н. Смирнов, имевший за плечами опыт работы помощником Главного обвинителя от СССР на Нюрнбергском процессе и представителем СССР на Токийском трибунале . Это был человек, хорошо понимавший разницу между политическим шоу и настоящим судебным разбирательством.
Защиту представляли восемь адвокатов. Их деятельность, как отмечают исследователи, сводилась не столько к оправданию подсудимых, сколько к тому, чтобы убедить суд в снисхождении . В условиях закрытого советского правосудия и явной политической значимости процесса это была почти безнадежная задача.
Процесс длился всего шесть дней — с 25 по 30 декабря 1949 года. Военный трибунал Приморского военного округа под председательством генерал-майора юстиции Д. Д. Черткова признал всех двенадцать подсудимых виновными .
Приговор был вынесен на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 года — того самого указа, по которому судили нацистских преступников за зверства на оккупированных территориях. Сроки варьировались от 3 до 25 лет исправительно-трудовых лагерей .
Кого не судили и почему
Самое болезненное место Хабаровского процесса — это вопрос о тех, кто избежал наказания. Главный организатор бактериологической программы Японии, создатель отряда № 731 Исии Сиро, на скамье подсудимых не оказался. Его не было и в Токио — американская сторона, получившая от него данные о японских разработках в области биооружия, гарантировала ему и его ближайшим сотрудникам иммунитет от преследования .
Токийский трибунал, заседавший с 1946 по 1948 год, вообще обошел тему бактериологического оружия стороной. Как отмечают историки, это было результатом целенаправленной политики американской оккупационной администрации, которая стремилась монополизировать японские наработки в этой области . В итоге создатели и испытатели смертоносных бактерий не только избежали ответственности, но и в послевоенные годы заняли видные посты в японской медицине и фармацевтике.
Хабаровский процесс стал своего рода ответом на это молчание. Советский Союз, не имевший доступа к японским архивам, но располагавший пленными участниками отрядов, провел собственное расследование и сделал его результаты достоянием гласности. После завершения процесса советское правительство направило ноты Китаю, США и Великобритании с предложением учредить международный трибунал над японскими бактериологическими преступниками, включая императора Хирохито. Вашингтон отреагировал отказом .
Что это было: суд или политика
Оценки Хабаровского процесса в историографии расходятся. Скептики указывают на отсутствие полноценной состязательности, на закрытый характер предварительного следствия, на то, что приговоры были фактически предопределены. Сторонники подчеркивают другое: это был первый в истории судебный процесс, полностью посвященный преступлениям, связанным с разработкой и применением бактериологического оружия .
Именно Хабаровский процесс впервые публично назвал то, о чем предпочитали молчать: японская армия годами вела систематичную работу по созданию оружия массового поражения на биологической основе, испытывала его на живых людях и применяла в боевых условиях против мирного населения Китая. Показания Кавасимы, Такахаси и других подсудимых легли в основу последующих международных конвенций, запрещающих биологическое оружие .
Двенадцать человек. Пятеро генералов. Тысячи загубленных жизней. И десятки тысяч тех, кто так и не предстал перед судом.
