В русском фольклоре есть персонаж, чье имя до сих пор будоражит воображение кладоискателей и историков. Кудеяр — разбойник, колдун, таинственный отшельник, чьи клады ищут уже несколько столетий. Но в одной из самых устойчивых народных легенд он предстает совсем в ином свете — как старший брат самого Ивана Грозного, законный наследник престола, обойденный судьбой и превратившийся в грозу купеческих караванов. Кем же он был на самом деле?
Царевич из монастыря
Согласно наиболее распространенной версии, Кудеяр — не кто иной, как князь Георгий (Юрий) Васильевич, сын великого князя Василия III и его первой жены Соломонии Сабуровой. История эта звучит как захватывающая драма. Соломония долгие годы оставалась бездетной, и Василий III, отчаявшись получить наследника, решился на неслыханный шаг — насильно постриг жену в монахини, сослав ее в Суздальский Покровский монастырь. Но, согласно преданию, в обители Соломония родила сына. Чтобы спасти младенца от верной гибели, она якобы имитировала его смерть — похоронила пустой гроб, а ребенка тайно переправила в Керженские леса.
Там, в лесных скитах, вырос царевич, названный Кудеяром. Имя, кстати, имеет восточное происхождение — от персидского «Худаяр», что значит «возлюбленный Богом». Мальчика воспитывали в ненависти к младшему брату Ивану, который занял трон, и к их матери Елене Глинской, ставшей причиной несчастья Соломонии. Возмужав, Кудеяр не стал бороться за престол, а подался в разбойники, собрав шайку и держав в страхе все Подонье — от Лебедяни до Воронежа.
Прототипы и реальные лица
Историки, однако, смотрят на эту красивую историю скептически. Попыток найти реального Кудеяра было много, но ни одна не получила серьезного документального подтверждения. В хрониках XVI века встречаются сразу несколько кандидатов.
Один из них — боярский сын Кудеяр Тишенков из города Белёва. В 1571 году этот изменник показал крымскому хану Девлету I Гирею тайные броды через Оку, чем помог татарам подойти к Москве и сжечь город. После этого он бежал в Крым, но уже в 1574 году в письмах упоминается его просьба о помиловании и разрешении вернуться на родину. Есть даже ханское письмо к Ивану Грозному, где Девлет-Гирей просит за Тишенкова, но ответа на эту челобитную не последовало.
Другие исследователи связывают легенду с крымским послом Кудняром, упоминаемым в документах 1518 года. А рязанские предания называют Кудеяра опальным опричником, грабившим скот у мирных жителей и убивавшим московских купцов.
Сам же Николай Костомаров, посвятивший Кудеяру целую историческую хронику, в своем романе придумал еще одну версию: разбойник получает поместье от Грозного в Белёвском уезде и водит татар на Москву из мести.
Разбойник и его клады
Но даже если исторический Кудеяр — всего лишь плод народного вымысла, его следы в русской культуре и географии впечатляют. Рассказы о разбойнике были широко распространены в центральных и южных губерниях России — от Смоленской до Саратовской. Его имя носят курганы, овраги, леса и села — Кудеярова гора, Кудеяровка, Кудеяровы городки.
Особенно густо «кудеяровы» топонимы рассыпаны по Воронежской, Тульской, Рязанской и Орловской губерниям. Только в Малоархангельском уезде Орловской губернии зафиксировано более 25 населенных пунктов, связанных с именем атамана. И почти в каждом таком месте, по преданию, зарыты несметные сокровища.
Искать Кудеяровы клады начали еще в XIX веке — по подложным письмам и якобы найденным описям. В одном из преданий описывается кудеяровский клад как «два чана с золотом и серебром, чан с золотыми кольцами и серьгами, снятыми с купеческих жен и дочерей, с золотыми чашами церковными». В Усманском заповедном бору до сих пор показывают городище, огороженное валом и рвом, где будто бы и зарыта эта казна.
Некрасов и покаяние разбойника
Но главная литературная слава пришла к Кудеяру благодаря Николаю Некрасову. В поэме «Кому на Руси жить хорошо» есть глава «О двух великих грешниках», где старый разбойник кается в своих злодеяниях. Господь велит ему пилить дуб тем же ножом, которым он проливал кровь. Годы идут, дуб почти подпилен, но тут мимо проезжает пан и хвастается, как мучает своих крестьян. Кудеяр не выдерживает и вонзает нож в сердце пана — и дуб падает сам собой. На эти стихи была написана знаменитая «Песнь о 12 разбойниках», которую входила в репертуар Федора Шаляпина.
Легенды о Кудеяре-царевиче и о разбойнике со временем слились в единый, противоречивый образ. В одних преданиях он враг человечества, «демон во плоти», в других — защитник от татарских набегов, герой, владевший невиданным оружием. А после революции 1917 года его и вовсе пытались представить чуть ли не первым русским революционером, возглавившим борьбу трудящихся с боярами.
Так кем же был Кудеяр на самом деле? Скорее всего — собирательным образом, в котором слились память о нескольких реальных людях, народные представления о «благородном разбойнике», социальная утопия о «царе-изгое» и страсть к неразгаданным кладам. Кудеяр Васильевич так и остался фигурой полумифической, где фольклор переплелся с историей так плотно, что отделить одно от другого уже невозможно. Но именно в этой загадочности и кроется его непреходящая привлекательность.
