В народе его называли коротко и грубо — «налог на яйца». В ведомостях он значился как «налог на холостяков, одиноких и малосемейных граждан СССР». Полвека его удерживали автоматически, вместе с подоходным, и большинство плательщиков даже не помнили, когда он появился. А появился он в самый тяжёлый месяц войны — и формально пережил страну, которая его придумала.
Ноябрь 1941-го
Указ Президиума Верховного Совета СССР вышел 21 ноября 1941 года. Немцы стояли под Москвой, часть правительства была эвакуирована в Куйбышев, и, казалось бы, демография — последнее, о чём должна думать власть. Сам указ мотивов не объяснял.
Историки считают первую версию налога прежде всего фискальной мерой — стране нужны были деньги, и бездетность стала одним из поводов их собрать. Демографическое обоснование появилось позже.
Первоначально налог платили бездетные мужчины от 20 до 50 лет и бездетные женщины от 20 до 45 лет. Рабочие и служащие с заработком выше 150 рублей в месяц отдавали 5%, с меньшим заработком действовали пониженные ставки, а совсем низкие доходы не облагались. Колхозники и единоличники платили фиксированную сумму в год.
Через месяц, 29 декабря 1941-го, появился ещё и военный налог, так что обе меры воспринимались как единый пакет: страна собирала деньги на войну.
1944 год: ставка растёт, налог становится «семейным»
Знаменитый указ 8 июля 1944 года обычно вспоминают как закон о звании «Мать-героиня», ордене «Материнская слава» и «Медали материнства». Но в том же документе налог на бездетность перестроили радикально.
Во-первых, ставку для бездетных подняли до 6% — цифра, которая продержится до самого конца. Во-вторых, платить заставили и тех, у кого дети были, но мало: 1% с заработка — за одного ребёнка, 0,5% — за двоих. Налог переименовали: теперь он был «на холостяков, одиноких и малосемейных». Для колхозников установили 150 рублей в год при отсутствии детей, 50 — при одном ребёнке, 25 — при двух.
В-третьих, незамужних женщин от налога освободили. Логика была циничной, но внятной: после войны мужчин на всех не хватит, и наказывать женщину за то, что ей не за кого выйти, бессмысленно. Облагались только замужние бездетные женщины от 20 до 45 лет. Мужчины платили независимо от семейного положения.
Кто не платил
Список исключений со временем разрастался. Освобождались военнослужащие и их жёны, студенты вузов и техникумов до 25 лет, те, кто по заключению врачебной комиссии не мог иметь детей. Не платили родители, чьи дети погибли или пропали без вести на фронте. Усыновление приравнивалось к рождению: взял ребёнка из детдома — удержания прекращались со следующего месяца.
Была и обратная сторона. Если единственный ребёнок умирал, налог возобновлялся. Эта норма воспринималась как самая жестокая, и в позднесоветские годы бухгалтерии нередко закрывали на неё глаза, но формально она действовала.
Оттепель и смягчение
При Хрущёве налог частично свернули. С 1 января 1958 года перестали платить те, у кого был один или два ребёнка. Слово «малосемейных» в названии осталось, но по сути налог вновь стал тем, чем был в 1941-м, — платой за бездетность.
После денежной реформы 1961 года суммы пересчитали. В поздние десятилетия порядок был таков: заработок до 70 рублей в месяц не облагался, с 70 до 90 рублей действовала пониженная ставка, свыше 90 — полные 6%. При средней зарплате 1980-х в 170–200 рублей бездетный инженер отдавал государству 10–12 рублей ежемесячно. Это были деньги на приличное пальто в год или десяток походов в ресторан.
Сверх того с заработка выше 100 рублей удерживали 13% подоходного. В сумме бездетный холостяк терял с «верхней» части зарплаты 19% — и в расчётном листке видел две строчки, на которые ругался с одинаковой регулярностью.
Зачем это было нужно
Официально налог объяснялся заботой о многодетных: деньги шли в бюджет, из которого выплачивали пособия матерям. На деле поступления никуда не окрашивались и растворялись в общей казне. Никакой прямой связи «заплатил холостяк — получила мать-героиня» не существовало.
Демографический эффект тоже сомнителен. С конца 1950-х рождаемость в СССР снижалась, а подъём 1980-х демографы связывают с отпусками по уходу за ребёнком и жилищными льготами, а не с налогом. Люди не заводили детей ради экономии двенадцати рублей, как не отказывались от них из-за этих же рублей. Налог был скорее идеологическим жестом: государство напоминало, что бездетность — отклонение от нормы, за которое полагается платить.
При этом СССР не был уникален. Налог на холостяков ввёл Муссолини — закон принят в декабре 1926 года, взимать начали с 1927-го. Похожие сборы существовали в социалистической Польше и Болгарии, а особенно жёстко — в Румынии при Чаушеску, где с конца 1960-х бездетность облагалась в комплекте с запретом абортов. Советская версия на их фоне выглядела относительно мягкой: без уголовной ответственности и без слежки за женщинами в гинекологических кабинетах.
Медленная смерть
Разговоры об отмене пошли при Горбачёве, когда налог стали открыто называть унизительным. В 1990 году Верховный Совет СССР решил свернуть его поэтапно, с полной отменой с 1 января 1992 года.
Союз до этой даты не дожил: 26 декабря 1991 года он прекратил существование. Но Россия отменила налог ровно в назначенный срок — с 1 января 1992 года вступил в силу закон РСФСР от 7 декабря 1991 года о подоходном налоге с физических лиц, в котором никакого «налога на холостяков» уже не было. Так закончилась история сбора, введённого в ноябре 1941-го на несколько военных лет и продержавшегося полвека.
