Среднестатистический русский — какой он? Высокий или низкий, светловолосый или русый, с прямым носом или с горбинкой? Ответить на этот вопрос пытались ещё в середине XIX века, но по-настоящему научный подход сформировался только в советское время. Гигантские экспедиции, тысячи измерений, зубные слепки и отпечатки пальцев — всё это позволило антропологам не только описать внешность русского народа, но и доказать: при всём региональном разнообразии мы остаёмся удивительно единым антропологическим типом.
От курганов до классификации
В середине XIX столетия русским народом — его внешним обликом, расселением, культурой — заинтересовались всерьёз. Отправной точкой стало создание в 1863 году Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии . Под руководством профессора Московского университета Анатолия Богданова члены общества начали раскапывать средневековые курганы, собирая уникальный материал о физическом облике предков. Эти раскопки заложили основу для накопления знаний о том, как менялись русские на протяжении веков.
Ученик Богданова Дмитрий Анучин пошёл дальше. Он провёл кропотливую работу в области исторической этнографии и выявил у великороссов примесь племён, населявших Восточно-Европейскую равнину. Анучин одним из первых указал на различие антропометрических характеристик в зависимости от региона. Оказалось, что самое высокорослое русское население живёт в Остзейских губерниях и на Дону, а самые низкорослые — на севере, в Костромской, Вологодской и Архангельской губерниях. Так впервые было научно доказано: русские — не монолит, у них есть своя внутренняя география.
Экспедиция Бунака
Следующим этапом стали масштабные полевые исследования. В 1950-х годах один из крупнейших советских антропологов Виктор Бунак организовал экспедицию, которой до сих пор нет равных. Его группа объехала Европейскую часть России, измерив и описав более 17 тысяч мужчин и женщин из 107 районов . Это были не случайные люди, а коренное русское население, причём исследователи намеренно выбирали территории, оставшиеся в стороне от массовых миграций XIX–XX веков, чтобы увидеть «исконный» тип, максимально близкий к средневековому.
Учёные фиксировали основные антропометрические показатели: длину тела, головной указатель (соотношение ширины и длины черепа), угол выступания носа и высоту лица. За время работы экспедиции было сделано около трёх тысяч фотографий . Спустя полвека на их основе методом наложения специалисты создали обобщённые портреты русского населения отдельных регионов — своего рода «усреднённое лицо» Вологды, Твери, Дона и других мест.
На основании множества характеристик Бунак доказал, что русский этнос при всей своей однородности всё же подвержен географической изменчивости. Переходные русские типы он сформировал в относительно устойчивые антропологические группы, выделив 12 основных типов, объединённых в более крупные кластеры: северо-западный, северо-восточный, южный и центральный.
Новые методы и старые выводы
Сегодня классические антропометрические измерения дополнили более экзотические методы — одонтология (изучение зубочелюстной системы) и дерматоглифика (изучение узоров на ладонях и пальцах). Эти дисциплины позволяют заглянуть в генофонд на другом уровне, поскольку форма зубов и папиллярные линии почти не меняются под влиянием среды и передаются по наследству.
Оба метода подтвердили главный вывод Бунака: русский ареал неоднороден и меняется в зависимости от географии, но все эти изменения укладываются в пределы единого «среднеевропейского» типа . При этом исследователи свели к минимуму роль угро-финского и монгольского компонентов в формировании русского этноса — они оказались незначительными и сохранились лишь в отдельных окраинных регионах, вроде Вологодско-Вятского края.
Также выяснилось, что межгрупповые различия у русских значительно меньше, чем различия между русскими и соседними народами. Самый большой диапазон внутривидовых различий зафиксирован в северных регионах страны, где русские активнее контактировали с местным финно-угорским населением.
От средневековья до наших дней
Археологические данные показывают, что типичный средневековый восточный славянин имел среднеширокое лицо с сильной горизонтальной профилировкой и средним выступанием носа . Но уже в те времена прослеживались региональные различия. По мнению академика РАН Татьяны Алексеевой, именно в Средние века славянскими племенами были заложены будущие вариации русских антропологических типов.
Так, северяне и поляне (населявшие левобережье Днепра и территорию современной Украины) отличались вытянутой головой, узким лицом и сильно выступающим носом. Западные славяне — кривичи, радимичи, древляне — имели более широкое лицо. А ильменские словене (предки новгородцев) обладали мезокранией — округлой формой черепа.
Особняком стояли вятичи и восточные кривичи (с территории современных Костромской, Ярославской и Владимирской областей). Учёные фиксируют у них меньший угол выступания носа и ослабление горизонтального профиля лица — признаки небольшой монголоидной примеси, вероятно, от контактов с финскими племенами.
Интересно, что современные русские заметно отличаются от средневековых славян. Антрополог Валерий Алексеев отмечал, что у нынешних жителей центральной России сильнее выражены профилированность нижней части лица и выступание носа. Следы «финского субстрата» сохранились лишь в вологодско-вятском регионе. Коллега Алексеева, антрополог Андрей Евтеев, добавил, что современные русские в целом ближе к тому типу, который был присущ славянам до их контактов с финнами. А вот активная колонизация северо-восточной Руси привнесла в русский этнос небольшой скандинавский и северо-германский элемент.
К XVII столетию этногенез русского населения в целом приобрёл черты, знакомые нам сегодня. Вот как описывал русских сирийский архидиакон Павел Алеппский, путешествовавший по России в середине XVII века: «В доме каждого человека по десяти и более детей с белыми волосами на голове; за большую белизну мы называли их старцами… Знай, что женщины в стране московитов красивы лицом и очень миловидны; их дети походят на детей франков, но более румяны».
Что говорят цифры
Усреднённый русский тип — это отчётливый «среднеевропеец». Но с несколькими характерными чертами, которые отличают его от, скажем, типичного немца или француза.
Во-первых, у русских заметно чаще встречается прямой нос. Последние антропологические исследования показали, что прямой профиль носа встречается у 75% русского населения, что выше среднего значения по Европе (70%). Вогнутый профиль носа («курносость») у этнических русских не превышает 9%, что примерно соответствует средним значениям по Центральной и Западной Европе. Так что знаменитая «русская курносость» — скорее миф, чем реальность.
Во-вторых, для русских характерна преимущественно светлая пигментация глаз и волос — но не такая светлая, как у скандинавов, а скорее «серая» и «русская». При этом интенсивность роста бороды у русских несколько ниже, чем в среднем по Европе — тоже наследие контактов с финно-уграми.
В-третьих, русские — высокий народ. Особенно южные и донские типы, но и северяне не слишком отстают.
Важно: от монголоидного типа русских отличает почти полное отсутствие эпикантуса (особой складки у внутреннего угла глаза) и в целом более высокий рост и массивный скелет.
Двенадцать лиц России
Экспедиция Бунака 1955–1959 годов позволила выделить 12 относительно устойчивых антропологических типов, которые сгруппированы в более крупные кластеры.
На северо-западе — в Новгородской, Псковской, Тверской, Смоленской областях — господствуют ильмено-белозерский, валдайско-верхнеднепровский и западно-верхневолжский типы. Это светловолосые, светлоглазые люди с узким, сильно профилированным лицом и выраженным ростом бороды. Одна из вариаций ильменского типа — архангельский тип, встречающийся на Белом море.
Между Вологдой и Камой расположились вологдо-вятский и вятско-камский типы. Их обладатели темнее пигментацией, у них слабее растёт борода, и они чуть более «курносы». Это потомки новгородских колонистов и московских переселенцев, смешавшихся с местными вепсами и коми-зырянами. Здесь сохранился тот самый финно-угорский субстрат, о котором говорят историки.
На юге России — в бассейне Дона и Оки, а также в причерноморских степях — сформировались дон-сурский, степной и верхнеокский типы. Для них характерны южноевропеоидные черты: потемнение пигментации, более сильный рост бороды, более массивное лицо.
Особняком стоит центральный тип — бывшая территория раннего Московского царства. Учёные признали его генерализирующим, занимающим срединное положение между южными и северными популяциями. Это самый «средний» русский тип, усредняющий в себе черты остальных.
При этом антропологи подчёркивают: различия между этими типами не носят принципиального характера. Обычный человек на глаз их не различит. Учёные обнаружили их, только обработав огромные массивы статистических данных.
За пределами исторической родины
А как же русские Сибири, Дальнего Востока, Калининградской области? По мнению исследователей, большинство русских в этих регионах — жители крупных городов, потомки переселенцев XX века. Они почти не контактировали с автохтонным населением, и их антропологический тип соответствует тому региону, откуда приехали их предки. Гомогенизация огромной страны на уровне фенотипа ещё не произошла и вряд ли произойдёт: слишком велики расстояния, а браки между жителями разных концов России — всё ещё не самое частое явление.
Впрочем, урбанизация и глобализация медленно, но верно стирают региональные различия. Москвич XXI века — это потомок рязанских крестьян, тверских купцов, владимирских мастеровых и орловских мещан. В его жилах смешались все двенадцать антропологических типов, и теперь он — чистый «генерализирующий» тип, самый что ни на есть средний русский.
Что мы знаем о себе
Русские — не монотонный антропологический монолит, но и не пёстрая мозаика из разных рас. Мы — один народ, с единым генетическим фоном и единым антропологическим типом, который меняется от региона к региону, но остаётся в пределах среднеевропейской нормы. Мы в целом светлее и выше южных европейцев, но темнее и коренастее скандинавов. У нас чаще прямой нос и реже — курносый, вопреки расхожим стереотипам.
Главное же, что показали исследования: русские — коренные жители своей земли. Мы не пришлые завоеватели, не случайные гости на этой равнине. Мы — продукт её природы и истории. И у нас есть все основания смотреть в зеркало с уважением к тем, кто жил до нас, и к тем, кто будет жить после. Потому что наука сказала своё слово. Остальное — дело нашего собственного восприятия.
