Тайна исчезновения малайзийского «Боинга»: какие последние слова пилотов услышали авиадиспетчеры
8 марта 2014 года в 00:41 по местному времени «Боинг-777» авиакомпании Malaysia Airlines оторвался от взлётной полосы Куала-Лумпура. На борту находились 239 человек — 227 пассажиров и 12 членов экипажа. Рейс MH370 взял курс на Пекин. Спустя 38 минут самолёт исчез с экранов радаров. И до сих пор — спустя более десяти лет — остаётся самой загадочной авиационной катастрофой в истории человечества.
За эти годы обломки так и не нашли. Но кое-что у следователей всё же было — запись последних переговоров экипажа с диспетчерской службой. Именно эти слова породили больше вопросов, чем ответов. И именно вокруг них до сих пор кипят споры.
«Всё хорошо, спокойной ночи»
Первые дни после исчезновения лайнера Малайзийские авиалинии и чиновники сообщали: последними словами, которые услышали от пилотов, была фраза «Всё хорошо, спокойной ночи» — «All right, good night». Неофициальная, почти бытовая. Нестандартная для авиационной радиосвязи, где каждая фраза выверена до буквы.
Эта деталь мгновенно привлекла внимание экспертов. В гражданской авиации принято прощаться с диспетчером чётко и формально: называть бортовой номер, подтверждать получение инструкций. Небрежное «All right, good night» звучало как минимум странно. А для многих — как намёк на то, что в кабине происходило что-то неладное.
Нестыковка, которая всё изменила
Прошло три недели. Под давлением общественности и родственников погибших малайзийские власти опубликовали полную расшифровку переговоров. И тут выяснилось: последняя фраза звучала иначе.
Официальный пресс-релиз Министерства транспорта Малайзии гласил: последний разговор между диспетчером и кабиной пилотов состоялся в 1:19 ночи и выглядел так: «Good night Malaysian three seven zero» — «Спокойной ночи, малайзийский три-семь-ноль».
Вот как это выглядело в расшифровке:
Диспетчер: «Malaysian Three Seven Zero, свяжитесь с Хошимином, частота 120.9, спокойной ночи».
Экипаж: «Спокойной ночи, Malaysian Three Seven Zero».
Стандартная, формальная, правильная фраза. Всё, как положено по инструкции. Никакого «All right». Никакой небрежности.
Ошибка или умысел?
Почему же изначально было сказано совсем другое? Малайзийские власти не дали внятного объяснения. Исполняющий обязанности министра транспорта Хишаммуддин Хусейн лишь сообщил, что расшифровка «изначально хранилась как часть полицейского расследования». Но откуда взялась неверная версия — осталось загадкой.
Единственное, что удалось выяснить: именно эту фразу, «All right, good night», посол Малайзии в Китае озвучил родственникам погибших уже 12 марта — и она была растиражирована СМИ. Три недели мир жил с одной версией, а потом власти её молча исправили.
Для родственников это стало очередным ударом. Для следователей — ещё одной загадкой. И одновременно — серьёзным поводом для подозрений.
«Никаких признаков аномалии»
При этом в самой расшифровке не было ничего необычного. Министерство транспорта специально подчеркнуло: «Нет никаких указаний на что-либо ненормальное в расшифровке». Переговоры длились почти час — и всё это время экипаж вёл себя профессионально и спокойно: запрашивал разрешение на взлёт, докладывал о наборе высоты, подтверждал смену диспетчерских секторов.
Никаких сигналов бедствия. Никаких просьб о помощи. Никаких намёков на проблемы.
А через две минуты после этих слов транспондер — устройство, передающее на землю координаты и высоту, — был отключён. Самолёт исчез с радаров гражданской авиации. По данным военных радаров, он развернулся и взял курс на юг, в сторону Индийского океана, где и пропал навсегда.
Чей это был голос?
Ещё один вопрос, на который нет ответа: кто именно произнёс эти слова? Изначально Malaysia Airlines утверждали, что голос принадлежал второму пилоту — 27-летнему Фарику Абдул Хамиду. Однако позже в министерстве транспорта уточнили: полиция продолжает криминалистическую экспертизу записи, и окончательного вывода пока нет.
Если последние слова сказал второй пилот — это один сценарий. Если командир корабля, 53-летний Захари Ахмад Шах — совсем другой. У каждого была своя биография, свои обстоятельства, свои возможные мотивы. Но подтвердить, кто именно попрощался с диспетчером той ночью, так и не удалось.
Заключение
«Спокойной ночи, малайзийский три-семь-ноль». Семь слов, которые могли бы стать обычной формальностью. Но стали эпилогом одной из самых больших загадок XXI века.
В них нет ничего зловещего. Никакого крика, никакой паники, никакого намёка на трагедию. Ровный, деловой голос пилота, который просто выполняет свою работу. И в этом, пожалуй, самое жуткое. Самолёт, на борту которого 239 человек, через минуту исчезнет с лица земли, а его пилот будет говорить так, будто ничего не происходит.
Власти три недели путались в показаниях. Сначала одна фраза, потом другая. Сначала один пилот, потом неясно. Исследователи до сих пор спорят, была ли это ошибка или преднамеренная дезинформация.
Но одно остаётся фактом: эти слова — последнее, что мир услышал от рейса MH370. И пока самолёт не найден, они остаются единственным ключом к разгадке. Ключом, который, увы, так и не повернулся в замке.
