16/12/21

Тимоша Пешкова: почему её считали любовницей Горького, Ягоды и Тухачевского

Молодую сноху Алексея Максимовича Горького называли «роковой женщиной горьковского дома». Поэтесса Анна Ахматова считала, что о её жизни обязательно должна быть написана трагедия «Тимоша». Именно под этим прозвищем вошла в историю красавица Надежда Пешкова, перед женскими чарами которой не могли устоять первые лица Советской России.

Максим Пешков

Надежда Введенская была седьмым ребёнком в семье хирурга-уролога Алексея Введенского. Девочка родилась в Томске, впоследствии семья перебралась в Москву.

В годы лихолетья Надежда потеряла мать, умершую от гриппа-«испанки». Отец поспешил выдать 17-летнюю дочь замуж за своего ординатора (по другой версии, за инженера Сергея Синицына). Однако новобрачные не стали жить вместе – Надежда убежала от пьяного мужа сразу после венчания.

В качестве «запасного варианта» у девушки оставался Максим Пешков, сын знаменитого писателя, с которым она ещё гимназисткой познакомилась на катке на Патриарших прудах. Несколько лет Максим ухаживал за Надеждой. В 1921 году юноша вместе с отцом собирался ехать в Европу, и уговорил возлюбленную присоединиться к ним. Максим и Надежда поженились в том же году в Берлине. Через пару лет они поселились в итальянском Сорренто, где осел Горький. Доходы писателя позволяли его домочадцам жить на широкую ногу, и жена Максима, по свидетельству современников, одевалась по последней моде.

В браке у Пешковых родились две дочери, но пьянство Максима позднее разрушило отношения супругов. Впрочем, проблема заключалась не только в алкоголе.

Горький

Красивая, жизнерадостная и немногословная Надежда Пешкова нравилась многим, и прежде всего самому хозяину виллы в Сорренто. В письмах Горький давал снохе такие характеристики: «славная штука, очень милая» и «красивое растение».

Именно с лёгкой руки Алексея Максимовича Горького к девушке «приклеилось» мужское имя Тимоша. Под влиянием итальянской моды Надежда остригла роскошную косу. Когда она пришла к завтраку в шляпе и с новой причёской, Горький припомнил, что в Нижнем Новгороде так стриглись только местные кучера, «Тимошки».

«Точно, вылитая Тимоша», – засмеялся Максим Пешков.

В минуты ссор с мужем Надежда искала утешения у его отца. Роман Горького с женой сына развивался под видом «приобщения к высокому». Однажды писатель отвёл её в Неаполитанский музей, где глубокомысленно рассуждал о достоинствах скульптуры Праксителя, изображавшей юную обнажённую девушку.

Надежда Пешкова с детства занималась рисованием, так что уроки Горького не прошли зря. В творческом наследии художницы сохранились несколько портретов Горького. Однако похотливые намёки свёкра она поняла вполне определённо.

«Горький был в сексуальном отношении очень большой потенции, но не получал от женщин удовлетворения до Н. А. Пешковой (Тимоши), – писал драматург Александр Гладков со слов писателя Виктора Шкловского. – Максим знал, что она живёт с его отцом, но относился к этому равнодушно».

Моральная сторона вопроса не слишком тревожила писателя. Критикуя русские крестьянские нравы, сам он в частной жизни повёл себя как деревенский «снохач».

Генрих Ягода

В 1932 году Горький, переехав в СССР, поселился в бывшего особняке промышленника Степаня Рябушинского. К «буревестнику революции» и членам его семьи чуть ли не каждый день стали приходить высокопоставленные гости.

В этот период под женское обаяние Тимоши попал один из самых зловещих персонажей советской политики начала 1930-х годов – Генрих Ягода. В частной жизни шеф ОГПУ был эротоманом (в 1937 году при обыске у него нашлась большая коллекция порнографических снимков и фильмов). Восхищаясь редкой красотой Тимоши, Ягода настойчиво стал добиваться внимания горьковской снохи. Он дарил ей букеты орхидей и виски White Horse. По утрам Ягода часто заезжал к Горькому, чтобы выпить кофе. «Вы меня ещё не знаете, я всё могу», – хвастался он Тимоше.

Чтобы ухаживание не выглядело слишком откровенным, главный чекист иногда брал с собой в гости к Пешковым жену и сына.

Внешнее поведение Тимоши по отношению к Ягоде, по крайней мере, в первое время выглядело безупречным. Однако поэт Владислав Ходасевич, близко знавший семью Горького, был уверен, что в итоге женщина «уступила его домогательствам».

Добавим, что во время судебного процесса над Ягодой начальник НКВД был назван причастным к смерти Максима Пешкова в 1934 году. Мотив убийства состоял в том, чтобы «освободить» Тимошу. В тюрьме Ягода рассказывал, что вдова Пешкова получила от НКВД 15 тысяч долларов. На эти деньги она ездила в Лондон и Париж для осмотра произведений искусства. Кроме того, из ведомственного бюджета была оплачена дача Тимоши в Жуковке стоимостью 160 тысяч рублей.

Маршал Тухачевский

Ещё один видный деятель, которому приписывают роман с Тимошей – Михаил Тухачевский. Такую версию выдвигает историк Валентин Лесков, автор книги о военном заговоре против Сталина. По его мнению, Тухачевский собирался использовать сноху Горького в качестве связной.

«Тухачевский вступил в связь с любвеобильной «Тимошей» (так звали ее близкие) с намерением использовать её для своих целей – в том числе и для негласной связи с Ягодой, но быстро в ней разочаровался», – утверждает Лесков.

Впрочем, если эта связь и была, то современники её практически не заметили.

Алексей Толстой

Куда больше шума наделали отношения Тимоши с писателем Алексеем Толстым. Знаменитый романист познакомился с Надеждой Пешковой во время визита в Сорренто в 1932 году.

Разрыв Толстого с его женой Натальей Крандиевской начался с того, что супруга нашла стихи Толстого, адресованные Тимоше. По версии писателя Михаила Пришвина, это, напротив, было письмо от Тимоши к Толстому.

Рассказывали, что однажды Алексей Толстой подвёз Тимошу на автомобиле и подарил ей букет сирени. Но это была явно не единственная их встреча. Среди рисунков Надежды Пешковой можно встретить зарисовку головы Алексея Толстого. Современники уже готовы были увидеть Тимошу и Толстого в ЗАГСе. Но этого не случилось. По одной из версий, писателя «отвадил» всё тот же Генрих Ягода. По другой, Тимоша сама «передала» Толстого своей близкой подруге Людмиле Крестинской, тоже весьма эффектной женщине.

Сталин

За перипетиями жизни Надежды Пешковой проглядывает тень ещё одного мужчины – всемогущего «отца народов» Иосифа Сталина. Вождь внимательно «приглядывал» за Горьким и членами его семьи. Как пишет историк Игорь Оболенский со ссылкой на дочь Тимоши Марфу Максимовну, Сталин также не устоял перед красотой её матери.

«В Тимошу, как оказалось, был влюблён Сталин. После того как не стало Горького, Сталин сделал ей предложение. Тимоша ответила отказом. Её «нет» Сталин был вынужден принять», – утверждает Оболенский в книге «Легенды московских кладбищ».

Обо всём этом Марфе стало известно в 1941 году от подруги матери – певицы Большого Театра Анастасии Пышкало.

Надежда Пешкова была сверстницей жены Сталина Надежды Аллилуевой и несколько походила на неё внешне. Так что овдовев, советский диктатор вполне мог положить глаз на Тимошу.

По словам Марфы Пешковой, в качестве «свата» Сталин подослал к снохе Горького Генриха Ягоду. «Соблазнение» велось посредством пропаганды – Тимоше показывали публикации о «великих стройках сталинизма» и прочие типичные образцы «культа личности». Когда женщина осталась непреклонна, Ягода поплатился за это головой, а Сталин решил действовать самостоятельно. Дочь Тимоши узнала, что судьбоносный разговор её матери со Сталиным произошёл в 1937 году, когда «отец народов» приехал в горьковский особняк на Малой Никитской.

Отказав вождю, Тимоша обрекла себя на несчастья в личной жизни. Директор Института мировой литературы Иван Луппол, собиравшийся жениться на ней, был арестован в 1940 году за «контрреволюционную деятельность». Спустя три года академик умер в Темниковском ИТЛ в Мордовии. Похожая судьба постигла архитектора Мирона Мержанова, который сожительствовал с Тимошей в 1943 году.

Он был арестован в доме снохи Горького, и до 1954 года работал в «шарашках» ГУЛАГа. Ещё один возлюбленный Тимоши – зять Михаила Калинина, инженер Владимир Попов – был репрессирован в начале 1950-х годов.

Сама Тимоша, жившая при музее Горького на положении «живого экспоната», скончалась в 1971 году. Её похоронили рядом с Максимом Пешковым на Новодевичьем кладбище.