Путь наверх: от истопника до всесильного министра
Виктор Семёнович Абакумов родился 24 апреля 1908 года в Москве в семье чернорабочего фармацевтической фабрики и швеи-прачки. Отец — истопник, мать — домохозяйка, кроме Виктора ещё четверо детей. Нищета, холод, вечная нехватка денег. В 13 лет мальчишка уходит в Красную армию — кормить семью надо. После Гражданской войны перебивается случайными заработками, пока в 1925 году не устраивается упаковщиком в Московский союз промысловой кооперации.
Через два года его принимают в комсомол, и начинается головокружительный взлёт. Энергичного, не обременённого лишними рефлексиями Абакумова замечают в ОГПУ и в 1932 году берут практикантом в экономический отдел. Коллеги поговаривали, что особыми талантами он не блещет. За глаза его называли «фокстротчиком» — уж больно любил молодой чекист погулять, выпить и поволочиться за женщинами. Начальство периодически находило его на конспиративных квартирах в компании сомнительных девиц, которых Абакумов выдавал за «ценных информаторов». Его даже песочили за политическую безграмотность. Но всё сходило с рук.
В эпоху «большого террора» система ценила в нём другое: железную хватку, отсутствие рефлексии и готовность без сантиментов выполнять любые приказы. Он мастерски умел «выбивать» показания. Этого было достаточно. К 1939 году, в 31 год, он уже возглавлял УНКВД по Ростовской области.
Создатель СМЕРШа и архитектор победы
В феврале 1941 года, в 33 года, Абакумов стал заместителем наркома внутренних дел. Ему подчинялись Главное управление милиции, пожарная охрана и Особые отделы в армии и на флоте. С первых часов войны он занимался организацией агентурной работы в частях Красной Армии, борьбой с дезертирством и работой на территории противника. В условиях катастрофы 1941 года, когда фронт разваливался, его структуры железной рукой наводили порядок в тылу и на передовой.
В апреле 1943 года именно Абакумов убедил Сталина создать на базе армейской контрразведки Главное управление «СМЕРШ» («Смерть шпионам») и возглавил его. Эффективность СМЕРШа была феноменальной: радиоигры с абвером, тотальная фильтрация прифронтовой полосы, где к концу войны выявляли до 80% вражеских агентов. Эта грязная, кровавая, но системная работа внесла неоценимый вклад в общую Победу.
Падение: арест всесильного министра
Став в 1946 году министром государственной безопасности, Абакумов оказался не в своей стихии. Бравый фронтовой контрразведчик плохо разбирался в послевоенных придворных интригах. Летом 1951 года он был арестован. Против него выдвинули стандартные для тех времён обвинения — в государственной измене, а также в сионистском заговоре в руководимом Абакумовым Министерстве госбезопасности.
Многие историки считают, что арест Абакумова был инициирован самим Иосифом Сталиным. Донос на Абакумова был написан чекистом Рюминым на имя вождя. Бывший министр был помещён в Лефортовскую тюрьму.
Пытки и стойкость: год в застенках
Именно здесь начинается самое поразительное. Человек, который сам десятки лет выбивал признания из других, оказался на месте своих жертв. И, как оказалось, умел держать удар не хуже.
Абакумова держали в кандалах, избивали, морили голодом и жаждой, держали в холодной камере, не давали спать. Бывшие подчинённые пытали недавнего министра так, что он жаловался в ЦК на истязания, о существовании которых даже ему не было известно. Цель истязаний была одна — выбить признание. Именно на этом и держалась репрессивная машина.
Но Абакумов держался. Стойко вынося пытки и издевательства. Это продолжалось целый год.
Почему он молчал?
Будучи крепким и, главное, понимавшим пружины системы, Абакумов держался стойко. Он знал: без его подписи дело развалится. Признательных показаний от него так и не добились.
И это поразило следователей. Человек, который сам учил других «раскалывать» подследственных, не сломался под давлением собственных же методов. Он видел эту систему изнутри и понимал: признание — это приговор. Молчание — единственный шанс. Пусть призрачный, но шанс.
В одном из первых допросов Абакумов скажет лишь: «У меня были недостатки и неудачи в работе». Никакого признания в государственной измене, никакого «сионистского заговора». Он отрицал всё.
Суд и последнее слово
После смерти Сталина многие пункты обвинения, в том числе в «еврейском заговоре» и стремлении захватить власть, рухнули. В 1954 году Абакумову было предъявлено обвинение лишь в фабрикации «ленинградского дела». Однако новая власть в лице Никиты Хрущёва, заговорившего о культе личности Сталина, не оставила Виктору Семёновичу шанса.
Когда подсудимому предоставили последнее слово, Абакумов заявил: «Сталин давал указания, я их исполнял». Он не просил пощады. Не каялся. Он констатировал факт: он был исполнителем, а не инициатором. Но это не спасло.
Абакумова признали виновным в измене Родине, вредительстве, совершении терактов, а также в участии в контрреволюционной организации и приговорили к смертной казни. 19 декабря 1954 года приговор был приведён в исполнение.
Посмертная судьба
В 1994 году дело Виктора Абакумова было пересмотрено. Военная коллегия Верховного суда Российской Федерации определила, что его действия необходимо переквалифицировать в действия, подпадающие под статью о злоупотреблении властью и служебной халатности. Но смертный приговор был оставлен в силе.
В 1997 году Президиум Верховного суда изменил приговоры 1954 и 1994 годов: поскольку в 1947 году смертная казнь в Советском Союзе была отменена, мертвого Абакумова «отправили за решётку» на 25-летний срок. Так и не признавший вины, он не был реабилитирован.
Палач, который не стал жертвой
Виктор Абакумов поразил чекистов на допросах не криками и мольбами — а молчанием. Стойкостью, которой они от него не ждали. Человек, который сам построил репрессивную машину, знал, как она работает. И знал, что единственный способ выжить — не дать ей ни единого шанса.
Но система, которую он создавал и которой служил, не прощала даже своих творцов. Абакумов пал жертвой той же логики, что и тысячи людей, которых он отправлял в застенки. Разница лишь в том, что он встретил свой конец с достоинством, которого у него, казалось бы, никогда не было. И в этом — главная загадка и главная трагедия «шефа» СМЕРШа.
