Никто не переименовывал Крым в Тавриду в 1921 году. Скорее наоборот — слово «Крым» вернули в политический обиход именно большевики. А затерявшаяся в водовороте событий республика Таврида появилась чуть раньше, в марте 1918-го, и прожила всего полтора месяца. Но история её неожиданного рождения и скорой гибели многое говорит о хаосе, в котором оказались и красные, и белые, и татары, и эхо империи.
Вопрос, вынесенный в заголовок, требует разворота: в марте 1918 года большевики действительно назвали полуостров «Советской Социалистической Республикой Тавриды», избегая слова «Крым» как чумы. Но сделали они это не из любви к античности, а под давлением жестокой реальности.
Крым как угроза
До 1917 года полуостров не был самостоятельной единицей, входя в огромную Таврическую губернию, раскинувшуюся от Перекопа до материка. Пестрое население губернии (42% малороссы, 28% великороссы, 14% крымские татары) говорило на разных языках, но именно татары, считавшие себя коренным народом, первыми взяли курс на автономию. Уже 1 октября 1917 года Мусульманский исполком объявил о созыве Курултая, а 26 ноября Курултай провозгласил себя высшей властью на полуострове, образовал правительство из одних татар и объявил о создании независимой Крымской народной республики.
Для большевиков, взявших власть в январе 1918-го, слово «Крым» мгновенно стало токсичным. Оно ассоциировалось у них именно с сепаратизмом татар, населявших полуостров.
Ялтинский разговор
Парадокс гражданской войны ярко высветил эпизод, произошедший в Ялте. Под домашним арестом оказался генерал Петр Врангель. Чтобы избежать расправы, он явился к матросам с повинной. И услышал фразу, которую запомнил навсегда: «Мы только с татарами воюем. Матушка Екатерина еще Крым к России присоединила, а они теперь отлагаются». В устах «сознательного сторонника красного интернационала» заговорил имперский инстинкт.
Сражаясь с «татарскими националистами», балтийцы и черноморцы, по сути, воевали за «единую и неделимую», пусть и под красным флагом.
Поэтому, когда 19 марта 1918 года большевики собрались в Симферополе, они провозгласили новое государственное образование, в названии которого не было ни слова о Крыме. Это была Социалистическая Советская Республика Тавриды. Это название, отталкиваясь от имперского прошлого (Таврическая губерния), отрицало «татарский» Крым и восстанавливало «исконное, русское» имя. Именно так, играя на противоречиях, большевики временно заменили Крым на Тавриду. Республика продержалась недолго — уже в апреле 1918 года ее захлестнули германские войска, призванные Центральной Радой. Начались расправы над большевиками.
1921-й: переименование во имя мира
К концу Гражданской войны ветер переменился. Красная армия овладела полуостровом, и перед большевиками встала новая задача — удержать его. Видя, что татары не станут поддерживать белых, большевики сочли возможным сыграть на их национализме. Тактический откат от конфронтации требовал символического жеста.
18 октября 1921 года декретом ВЦИК была официально образована Автономная Крымская Социалистическая Советская Республика в составе РСФСР. Теперь полуостров снова стал Крымом — это слово должны были принять все. Этнический паритет в названии должен был символизировать согласие в республике, где вперемешку жили татары, русские, украинцы, немцы и греки.
Название «Таврида» большевики не вернули, потому что в нем, как в зеркале, отражался имперский, «екатерининский» дискурс, который был им чужд.
Так что на самом деле большевики не переименовывали Крым в Тавриду. Они сделали ровно наоборот. Наследие великой империи («Таврида») они на короткий срок использовали как знамя в борьбе с татарским сепаратизмом, чтобы потом навечно закрепить за полуостровом его прежнее — тюркское — имя. И это переименование, ровно как и сам эфемерный проект Республики Тавриды, было всего лишь одним из тактических ходов в той гражданской войне, когда один народ, вчера единый, вдруг оказался разорван на «наших» и «чужих».
